Абдул Каграманзаде
кандидат технических наук, доцент, независимый эксперт


По мнению экспертов Международного Союза Телекоммуникации (ITU), Всемирной Торговой Организации (WTO) и Всемирного Банка (WB) в вопросах развития телекоммуникаций немаловажное значение имеет независимость регуляторов отрасли связи от государства. Степень подобной независимости значительно варьируется в зависимости от конкретно взятой страны и зависит от юридической, политической и институциональной структур отдельно взятой страны.

Сегодня возрастающий интерес к отрасли связи и информационных технологий в развивающихся странах мира, в том числе и в Азербайджане ставит вопрос о необходимости создания Национального Независимого Регулирующего органа как институциональной структуры.

Проблемы при создании такого регулирующего органа сводятся к следующим:
• независимость Регулятора от госструктур;
• принцип финансирования Регулирующего органа;
• возможность многоотраслевого Регулятора;
• подбор кадров (экспертов) для Регулятора отрасли и т.д.

К сожалению, число стран, где есть Регуляторы, способные функционировать абсолютно независимо от государства, мало. Подобная независимость усиливает нейтральный статус Регуляторов, изолирует их от политического и технического давления госструктур. Особенно это важно в тех случаях, когда государство сохраняет право владения телекоммуникацией (как оператор), что это имеет место в странах СНГ.

Операторы и инвесторы в сфере телекоммуникации и инфокоммуникации считают, что Независимый Регулятор в состоянии беспристрастно и прозрачно регулировать рынок.

Считается, что такой подход может реально стимулировать поток инвестиций в инфокоммуникационный сектор и тем самым приносить пользу экономике страны.

Однако, многое зависит и от степени доверия к самому Регулирующему органу, который должен обладать ярко выраженной способностью к прозрачному регулированию на профессиональном уровне, работать честно, беспристрастно и объективно.

В некоторых странах отделение этих органов от государственной администрации сопровождается выплачиванием повышенного жалования лицам (экспертам), занятым регулирующей деятельностью.

Подобный подход может играть важную роль в развитии экономики в переходный период, когда чрезвычайно низка государственная шкала зарплаты, что делает весьма трудным привлечение и удержание на рабочих местах высококвалифицированного некоррумпированного персонала.

Не вызывает сомнения, что “независимость Регулятора” не означает его независимости от действующих законов и политики данного государства. Для этого в национальных законах должны быть строго сформулированы рамки правовой деятельности независимого регулятора. Регуляторы должны быть подотчетны соответствующим законодательным актам, государственным органам страны.

Подобная подотчетность обеспечивается за счет таких механизмов, как ежегодные отчеты, слушания, в ходе которых Регулирующий орган обязан ясно и недвусмысленно доказать, что свои полномочия он осуществляет должным образом.

Особое значение при этом имеет надлежащее финансирование регулирующего процесса для обеспечения финансовой независимости. Средства нужны для того, чтобы принимать на работу персонал (консультантов и экспертов) соответствующего профиля и уровня, отвечающих регулирующим целям.

Без такого финансирования регулирующий процесс нельзя считать эффективным и, особенно, для развивающихся стран мира.

Первоначально финансирование Регуляторов может производиться от государственного бюджета, особенно в тех случаях, когда эти функции ранее выполнялись в рамках Министерства связи.

Существуют преимущества при финансировании Регулятора с помощью лицензии, а не государственных средств. Дело в том, что лицензионные сборы позволяют погашать затраты на государственные услуги на основе “оплаты пользователя”.

Следует подчеркнуть, что лицензионные сборы в секторе телекоммуникаций могут стать крупным источником доходов, гарантирующим выполнение регулирующих функций на высоком профессиональном уровне.

При определении того, насколько эффективно расходуются выделенные средства на осуществление регулирующих функций, важную роль играют подотчетность и реальная прозрачность. Например, Британский Регулирующий Орган Oftel, учрежденный в 1984г. при приватизации Британской телекоммуникационной компании (British Telecom), регуляторам, в состав которых входили официальные лица, оказывали поддержку соответствующий профессиональный и технический персонал, а также приглашенные со стороны высокооплачиваемые консультанты (эксперты).

Но уже в начале 2000-х годов, по докладу Всемирного Банка (WB) “О тенденциях укрепления регулирующих органов” указывается, что 6 из 9 новых регуляторов, созданных в Албании, Болгарии, Египте, Греции, Кении, Малайзии, и т.д. за последний период представляли собой коллегиальные органы, состоявшие из 10-15 членов.

На практике такие регуляторы опираются на усилия высокопрофессиональных консультантов и экспертов при проведении необходимого анализа, разработки требуемых рекомендаций и т.д. В ряде случаев регулирующий персонал (эксперт) наделяется полномочиями принимать определенные регулирующие решения.

Поэтому окончательное решение по принципам регулирования отрасли связи и информационных технологий для таких развивающихся стран мира, как Азербайджан, требует своего обсуждения. А метод и способ решения зависит от типа модели как Отраслевого, так и Многоотраслевого регулятора.